Путевые записки

Тур-поход клоунов по Новой Зеландии

Гастроли в Окленде закончились 18 февраля, до премьеры в Мельбурне осталось еще две недели, поэтому клоуны решили провести свободное время в тур.походе по Новой Зеландии, поглядеть на гейзеры и вулканы.
Сергей Пермитин, председатель «Русского Общества Новая Зеландия», любезно согласился быть нашим гидом и водителем. Перед путешествием чемоданы надлежало перекомпоновать, поскольку вылетая из Канады, каждый человек мог взять с собой в самолет по 64 кг, а новозеландские авиалинии разрешают для бесплатного провоза всего по 20. Поэтому лишние 44 надо было упаковать отдельно и оставить под крылом Цирка, как реквизит. А в тур.поход можно было взять вообще по минимальной сумке, поэтому два дня прошли в лихорадочном перебирании шмоток и тасовании чемоданов, пакетов и сумок.
В убыстренном темпе это выглядело как муравьиное мельтешение среди ворохов одежды, прерываемое моментами статичного торчания столбом с вытаращенными глазами и руками, вцепившимися в волосы.

Рано утром после завершения подготовки мы (трое клоунов, я и Машенька) загрузились в микро-автобус друга, махнули на все рукой, плюнули, свиснули и с идиотскими улыбками до ушей помчались вон из Окленда. Через 5 минут Юра заорал: «Оставили!» Сергей тормознул с криком «Что?!» - «Хорошее впечатление о себе!»
Сережа еще не знал, в какую компанию ввязался по своей воле.

За три с половиной часа езды на север, перед нами открылось множество перевалов, скал, курганов поросших елками и древовидными папоротниками, похожими на высоченные зонты или роскошние страусиные султаны, а так же бамбуковыми зарослями, напоминающими пучки кошачьих хвостов до 7 метров высотой. Все эти растения могут расти и больше, пока ветер не сломит. Выехали в солнечное утро, а к вечеру приехали в сплошной дождь, который лил два дня, гадина такая. Сидели в арендованом доме около залива Кери-Кери, окруженном настоящим ботаническим садом, но в диком варианте.
Там например было деревце, увешанное какими-то полупрозрачными мягкими шариками, типа новогодних. Разорвав одно такое волосатое яблочко мы обнаружили внутри нечто вроде паутины и в центре – зеленый мясистый боб, похожий на кукиш. Паутина источала густой белый вонючий сок, пришлось немедленно бросить и вытереть руки о штаны.
Тут же под огромной елкой с ветками, как у кипариса, росли кактусы: круглые эхинопсисы и лепешкообразные опунции. На одной лепешке среди белесых колючек прилепилось осиное гнездо с сотами. До кучи.
В плохую погоду мы отказались ехать смотреть на 90-мильный пляж, как было задумано по расписанию. Устроили дома избу- читальню, едальню и спальню. К вечеру интерьер напоминал красный уголок в пионер-лагере: двое резались в шахматы, трое пинали мягкий мячик и толкались, прыгая на одной ножке. Сабантуй завершился шикарным ужином с жареным барашком под водочку со слезой и с распеванием песен про баргузин. Вовико сказал, что больше никуда не поедет, а останется отсыпаться тут до конца отпуска. Сдуру отговорили.

20 февраля утром двинули дальше по плану, на восточный берег, к Тасманскому морю в Хокиангу, где на высоком мысе из красной вулканической «туфты» мы обозрели сине-зеленые дали и насладились солнечным светом. Каждый, взобравшись на вершину, произносил одну и ту же фразу: «Так красиво, что слов нету.» Потом проехали насквозь «rain-forest» (субтропический лес), где среди месива из лиан и папоротников возвышаются деревья каори, местная святыня. К одному двухтысячелетнему сказочному исполину даже сделали узкий помост с перилками и табличкой: «С тропы не сходить. Высота дерева 52 метра, периметр у основания – 26 метров, у вершины – 17 метров.» Точно как у Рэя Бредбери в рассказе «И грянул гром».

21 февраля я отказалась взбираться на высотку 1111 м. в кратер вулкана близ оз.Таравера. Я и так знаю, что это похоже на дворец дьявола, там черные скалы с красными жилами, каменные яйца и лавовые бомбы, а вокруг кратера – бескрайний райский ландшафт. Это можно прочитать в любом рекламном буклете, а мне было совершенно необходимо отдохнуть от бросков туда-сюда, уйти на озеро, нарядиться в желтые ласты и уплыть в одиночестве на середину, чтобы предаваться визуальной любви с этой природой. Огромное озеро с чистой сладкой водой окружено несколькими синими конусами вулканов, заросших темными лесами. Утки и черные лебеди. Лечебная для ушей тишина.
Там мы сняли на две ночи дивный дом, сколоченном целиком из сосны. Острый тонкий дух смолистой древесины. Безупречно отполированный белый пол. Фронтальная стена – сплошное окно до полу, так что видно озеро и весь этот лилово-золотой закат. На стенах развешаны циклопические удочки, полуметровое чучело рыбы, страшенная пила с нарисованной щукой. Очень мужской дизайн интерьера: декоративная доска с образцами морских узлов, черные железяки типа антикварного безмена и пыточных щипцов. Музейной дряхлости телефон начала века (с вертушкой). Над выходом – параллельно приколочены старинные охотничьи лыжи. По центру холла – голладская печка, стилизованная под камин, перед ним – карэ из мягких диванов. Главный предмет в доме - стол, сделанный из одной толстой доски, длинной около 5 метров. Она залита полу- сантиметиметровым слоем лака, прозрачного, как стекло, так что видны все рисунки древесины, сучки и трещины, внутри которых застыли: ружейный патрон, наживка из перышков, жук- рогач. Соответствующие лавки, на которых может уместиться 16 человек. На двух этажах – 4 спальни, 2 ванные, кухня по последнему слову техники. На веранде – моторизованная установка для барбикю. Двор огорожен частоколом из стволов папоротника. Некоторые дали новые султаны свежих побегов (еще она реинкарнация – в заборе, в строю).
Поздно вечером вернулись клоуны из вылазки в кратер. Лица красные, глаза – квадратные. Разговаривать не могут. Повалились и захрапели. На следующий день рассказывают, мол мы такие герои. Как орлы. Очки, потерянные Вовой по дороге туда, нашли на обратном пути! Думали, что не сдюжим. Ну Сергей с Машей молодые, им-то что! А вот дядя Юра еле дошел. Шутка ли, на 1111 метров по вертикали! Три с половиной часа туда и час оттуда, да с прискоком. Видели чудо: среди леса сквозь дыру в склоне горы хлещет мощный водопад, растекаясь русалочьим затоном с хрустальной водой.
м Вовико объявил о своем окончательном решении остаться тут до самого отлета в Мельбурн. Сергей закатил глаза. С огромным трудом зачем-то опять отговорили человека. В наказание немедленно полил страшенный ливень.

23 февраля мы помчались глядеть на долину гейзеров к оз.Роторуа. Это такая специальная местечковая Мекка. Выглядит как очень неровное место, заросшее высокими кустами. Низина дымится белыми облаками. Народу толчется, как на базаре. Идешь по извилистой дорожке, то тут, то там меж зарослей – круглые грязевые ванны, в которых плюхает серо-буро-малиновая жижа или кипит вода. Сильно воняет тухлым. На возвышении – два столба кипящей воды с паром косыми струями выплевываются на 5 метров. Сверху все это еще дождик поливает. Очень мокро и уныло. Самое приятное впечатление – большая чашка горячего кофе с молоком в столовке с видом на все это достопримечательное безобразие.
Через три часа серпантинового кишко-выматывания и мозго- трясения приехали в частные заповедные угодья, наш третий арендованный дом. Нет вокруг никого. Какой-то оттдаленный Хэхой, не то Хахей. Затравлено огляделись и очумели. Прекрасная вилла на берегу Тихого океана за $120 NZ/ за ночь (около $55 USD). Это просто даром и так не бывает. Терасса – точно, как у героини Шерон Стоун в «Основном инстинкте», с миллионерским видом на океанский простор, черно-зеленые скалы, обрывающиеся к воде, адолары и островки всех размеров и форм. До горизонта видны 5 слоев гор, от сияющих и ярких до серо-голубых, затуманенных далью. Бросились обследовать гористые угодья, обнаружили расщелину с деревянной лесенкой, ведущей на дно. Широкий каменный колодец опутан лианами, сбоку – тонкий серебристый водопад, а в самом низу, во мраке – пролом в скале: грот, как рама, для сияющего ультамаринового неба вдали и белых пенистых волн. Метафора прорыва из застенка к свободе и счастью. Задрав голову, видишь алмазные капли, пролетающие вокруг тебя, как трассирующие пули и сквозь крону дерева – веер острых раходящихся лучей солнца. Это одно из таких мест на планетке, попав в которое перестаешь думать, а просто ощущаешь вселенскую радость. Бессознательно тянет обниматься с ближними.

На утро следующего дня Сергей с большим трудом растолкал нас пораньше, засунул в машину и привез к Кафедральной скале, которая торчит вверх на 30 метров, наполовину в воде, причем посередине – почти симметричная арка для прогуливания туристов с видео-камерами туда-сюда. Белый тонкий песочек. Нервы не выдерживают такого количества красоты и блаженства. Глаза посылают сигнал с мозг, тот откликается слабым «О!» Наружу уже ничего не доходит. Чувствую ровную гладь на расслабленом, как у полного идиота, лице. А Коля вообще от такой жизни полез по отвесной стене куда-то вверх. На высоте 15 метров добрался до свисающих веток деревьев, взобрался на крону и пропал из виду. Через три минуты вышел откуда-то сзади, весь ободранный, с шишкой на лбу, счастливый. Дядя Юра заставил всех ходить гуськом на фоне природых феноменов перед своей видео-камерой, изображая изумление. На Вову нашло филосовское вдохновение, но цикады заглушали его проповеди.
Вернувшись в дом, Николая послали на кухню поставить чаю. Он наливает воды в чайник, и включая красную конопочку вдруг тоном диктора телевидения начинает вещать: «Включаем Красную площадь!» - И срывающимся от волнения голосом: –«Парад принимает маршал Советского Союза Жуков!» Разворачиваясь в марше, имитируя звуки военного парада: «Здрав-желая-гав-гав- гав! Уррраааа!!! Уррраааа!!!» Остальные клоуны подбегают, выстраиваются в ряд и дифилируют с топотом по дому под «Марш Славянки». Клоуны в быту – это песня.
В последний день перед отлетом нас еще доставили на термальные (читай: горячие) источники с минеральной водой. Опять таки миллионерское удовольствие. Должна признать небыкновенное влияние этих вод на организм. За пол-дня отмокания в парной ванне с газировкой делаешься странно бодрым и даже слегка буйным. Активная эйфория устойчиво держалась далеко за полночь и окончательно сошла только на борту самолета Окленд-Мельбурн.
Пафосно выражаясь: «Спасибо Сергей! Прощай, Новая Зеландия! Здравствуй Австралия!»

1 марта. Мельбурн.
Гостиничный номер у нас даже больше и лучше, чем был в Окленде. В городе проживает 3 миллиона (20 тысяч из которых – бывшие россияне). В архитектуре - полная эклектика. Тут тебе и сити с небоскребами, и высокие готические храмы, и пошлые безликие домишки с офисами, и стекло с бетоном и неоном, обвешанные подвесными концептуальными украшениями в стиле абстракций не то Миро, не то аборигенов. Много парков с изумительными инопланетными растениями. Толпа неопределяемой наружности.
Есть и особенные фишки: на набережной реки – ряд здоровенных каменных стелл, по которым струится вода. Ночью каждый час из них сверху атомными грибами с ревом извергается пламя. Просто так. Рядом казино, самое большое на этом полушарии с грандиозным залом, где на потолке – целый ландшафт из свисающих световодов и идет свето- музыкальное шоу, похожее на узорное северное сияние, а под ними – водная гладь бассейна, из которого выскакивают арочные струйки воды. Струя может мгновенно прекратиться, ее обрезанный хвост каллиграфически выписав траекторию дуги, беззвучено уходит вслед за головой. Мистика. Объясняется тем, что вода выстреливается сжатым воздухом. Поэтому возможно подбрасывание отдельных аккуратных шариков воды, жонглирование в них мерцающим светом и и эффект отрезания струй. За то, что это выглядит так одурительно, австралийцы выдали своему изобретателю премию, типа нобелевской.

Хм, мои рассказки все более напоминают мне фразу из книжки про старика Хаттабыча: «Индия, о достопочтимый учитель, находится на самом краю земного диска. Там живут плешивые люди размером с собаку...»

Карта